Ключ провернулся с трудом, замок за три недели отвык от его руки. Аркадий Матвеевич толкнул дверь плечом и замер на пороге. — Дим! Дима, ты дома? Тишина ответила ему гулким эхом, будто квартира стала бочкой. Он шагнул внутрь и не узнал коридор. Не было вешалки у входа, той самой, тёмного дерева, которую притащила Елена в первую же неделю. Не было даже гвоздиков, на которые она её крепила. Голая стена, побелка местами облупилась, там, где раньше висело зеркало. — Где диван? Голос его сорвался и покатился по комнатам, ударяясь о голые стены, отскакивая от потолка без люстры...

Виталий сел за стол в куртке, даже не расстегнув молнию до конца, будто заскочил домой на пять минут и вот-вот собирался уйти обратно. Наташа поставила перед ним тарелку с картошкой, успевшей остыть, пока она домывала сковородку и протирала плиту после жарки котлет. Он отодвинул тарелку на два пальца в сторону, не притронувшись, и посмотрел куда-то в сторону холодильника, а не на нее. – Я сегодня заезжал к Сан Санычу, – сказал он. – Он опять спрашивал, почему ты с нами на дачу перестала ездить. Это...