Девяносто восьмой был годом, когда всё рушилось. Зарплаты не платили месяцами. Люди жили огородами. В деревнях Коми, где и раньше-то не жировали, стало совсем туго. Мужики уходили в тайгу — кто на охоту, кто на делянку, кто просто так, за компанию, лишь бы не сидеть без дела...

Конверт лежал в почтовом ящике среди рекламного спама и квитанций за коммуналку - самый простой, белый, без марки. На нем были только имя и почерк, который Татьяна узнала сразу. Почерк Варвары Борисовны - круглый, с таким сильным нажимом, будто она впечатывала каждую букву в бумагу нарочно. Так она обычно подписывала открытки к праздникам, скупо, официально, так же равнодушно, как за столом замечала: - Суп пересолен. Семь лет брака - семь похожих коротких открыток, и ни одного ласкового слова. Татьяна поднялась к себе на третий этаж...