Аня стояла в пустой палате и смотрела на койку, где ещё утром лежала Лидия Петровна. Белая простыня была смята, на тумбочке стоял стакан с недопитым чаем и лежала та самая фотография — старая, пожелтевшая, с загнутыми краями. На снимке улыбалась темноволосая женщина с маленькой девочкой на руках. Аня никогда не видела этого фото раньше. — Ты не моя дочь, — прошептала Лидия Петровна вчера вечером. Её голос был сухим, как осенний лист. — Я взяла тебя из детдома не потому, что не могла родить. Я взяла тебя… по просьбе...