Три года Рита носила свёкру обеды, стирала бельё и терпела его молчание. А когда открыли завещание, квартира досталась женщине, которую Рита видела всего раз в жизни. Рита поставила кастрюлю на плиту и вытерла руки о полотенце. Борщ был свекольный, густой, с чесночными пампушками на отдельной тарелке. Виктор Палыч любил именно такой. Не жидкий, не томатный. Свекольный, чтобы ложка стояла. - Горячий будет через двадцать минут, - сказала она в телефон. - Угу, - ответил свёкор и повесил трубку. Он всегда так разговаривал...