Квартира пахла не уютом, а резкой, химической сладостью дорогого полиуретанового лака. Этот запах въедался в шторы, в одежду, казалось, даже в поры кожи, вытесняя все живое. Виталий, как обычно, проснулся с ощущением собственного величия. Он потянулся, слушая, как хрустят суставы — руки мастера, золотые руки, как любила повторять его мать. Он бросил взгляд на идеально ровный пол в коридоре. Дуб, селекция «рустик», уложенный сложной «английской елкой». Его гордость. Его творение. На кухне было тихо...

— Всё, последний плинтус. Можно шампанское открывать. Игорь отложил шуруповёрт и вытер лоб тыльной стороной ладони. Алина стояла в дверях комнаты, которую они уже почти два года называли “будущей гостиной”, и не могла сдержать улыбку. Пахло свежей краской и сосновыми досками. За окном темнело, но в доме горел свет — их свет, в их доме. — Мам, а моя комната когда будет готова? — Даша выскочила из коридора, проехалась носками по гладкому полу. — К весне, зайка. Обои выберем, кровать новую поставим...