— Мама, ты уже вернулась? А я тут решила порядок немного навести. Голос у дочери был лёгкий, даже весёлый. Анна Сергеевна, не отвечая, стянула разношенные туфли. Ноги гудели так, словно она не по больничным коридорам ходила, а мешки с песком таскала. Вторая смена подряд, двенадцать часов на ногах, процедурный кабинет не пустовал ни на минуту. Она прошла в комнату, мечтая только об одном, переодеться в старый, невероятно уютный домашний костюм, и услышала, как Алина выключает воду на кухне. — Я в твоём шкафу немного разобрала, дышать легче стало, — донеслось до неё...

Представьте деревню, где на крик «Иван!» оборачивается каждый четвёртый мужик. Фамилий почти ни у кого нет — а людей при этом никто не путает. Потому что у старой русской деревни была своя система распознавания: чей сын, из какого двора, чем занимается, где живёт, как прозвали. И эта система прозвищ рассказывала о человеке больше, чем современный паспорт. Так зачем тогда вообще понадобились фамилии — и почему в конце концов победили именно они? Давайте разбираться. В среднестатистической российской деревне XIX века Иванами были от 16 до 25% крестьян...