— Ломайте, чего застыли! Я вам деньги плачу не за перекуры! Это квартира моего сына, у меня и документы есть, и совесть чиста! — голос Зинаиды Марковны перекрывал даже визг работающей болгарки. Я стояла в прихожей, крепко сжимая ручку пластикового ведра. Вода в нем была ледяная, набранная полчаса назад, когда я поняла, что мирных переговоров не будет. Сердце колотилось где-то в горле, но страха уже не было. Осталась только холодная, расчетливая злость. — Мам, ну может она сама откроет? — послышался из-за двери голос Артёма...