В квартире пахло ванилью и застарелой, въедливой ложью. Этот запах, казалось, пропитал тяжелые бархатные шторы, осел на хрустале в серванте, который нельзя было трогать, и въелся в кожу самой Оли. Ольга стояла у окна, глядя, как осенний дождь размывает огни вечерней Москвы. Ей было двадцать семь, но в этом доме она чувствовала себя на семь, провинившейся первоклассницей, забывшей сменку. За спиной, на кухне, звякала посуда — это Тамара Павловна, ее свекровь, готовила "любимый пирог Игореши". Каждое движение женщины было наполнено мученическим героизмом...

Субботнее утро выдалось солнечным. Ещё не успев открыть глаза, Таня это почувствовала и улыбнулась. В первые минуты после сна человеком всегда больше движут эмоции, чем разум. Сначала пришло осознание, что сегодня выходной день, а лишь потом подкрались воспоминания вчерашнего вечера: чудесная прогулка по осеннему городу, мысли о Ромке и, наконец, рыдания подруги в трубку... Таня перевернулась на спину и через открытые шторы стала наблюдать за лёгким покачиванием листвы, красиво раскрашенной осенью...