— Мама, ты уже вернулась? А я тут решила порядок немного навести. Голос у дочери был лёгкий, даже весёлый. Анна Сергеевна, не отвечая, стянула разношенные туфли. Ноги гудели так, словно она не по больничным коридорам ходила, а мешки с песком таскала. Вторая смена подряд, двенадцать часов на ногах, процедурный кабинет не пустовал ни на минуту. Она прошла в комнату, мечтая только об одном, переодеться в старый, невероятно уютный домашний костюм, и услышала, как Алина выключает воду на кухне. — Я в твоём шкафу немного разобрала, дышать легче стало, — донеслось до неё...

Есть один момент в советской истории, который почти не попал в официальные хроники. Зато хорошо осел в памяти тех, кто при нём присутствовал. На каком-то кремлёвском приёме — шумном, многолюдном, с высокими гостями — Никита Сергеевич Хрущёв подошёл к группе космонавтов и громко, чтобы слышали все вокруг, спросил Гагарина: «Ну что, Юра, ты там Бога-то видел?» Гагарин ответил: «А как же, видел конечно, Никита Сергеевич». Хрущёв не нашёлся что сказать. Только попросил: «Только никому об этом не говори»...