Представьте утро в европейском монастыре где-нибудь в XII–XIV веке. Каменные стены, холодок даже летом, колокол зовёт на службу, а на кухне уже шуршат котлы. И тут хочется спросить по-современному: “А чай будет?” Не будет. По крайней мере, не в том смысле, в каком мы его понимаем. Зато будет пиво. Иногда слабое, почти “хлебное”, иногда покрепче, но в целом — напиток настолько привычный, что его могли пить и монахи, и паломники, и студенты, и дети (да, это звучит как начало плохого анекдота, но тут важны детали)...