— Еще месяц… ну максимум полтора, — сказал Саша вполголоса, так, будто в квартире завелись не тараканы, а микрофоны. — Я ее уговорю. Перепишет квартиру на тебя. Ты только потерпи и не дави. Оля в этот момент стояла в коридоре с влажной тряпкой в руках и в позе человека, который собирался протереть плинтус, а вместо этого протер себе мозги новостью. Тряпка капала. Кап-кап. Как в плохом кино, где по звуку капель понимаешь: сейчас будет не уборка, а расследование. — Ты главное ей не говори, что я просила, — ответил из кухни голос Тамары Семёновны...