Он сел в Туле. Я к тому времени уже два часа как ехал из Москвы — до Орла, по делу которое можно было решить письмом но которое почему-то требовало личного присутствия. Таких дел у меня половина жизни. Приезжаешь, жмёшь руку, подписываешь то что можно было подписать по почте, едешь обратно. Ритуал. Купе было моим до Тулы. Потом вошёл он. Высокий — пришлось наклонить голову в дверях, хотя там наклоняться не обязательно, просто привычка высоких людей. Лет сорок, может сорок пять. Пиджак светлый, летний, немного мятый — не от небрежности, от того что долго сидел где-то до поезда...