Тридцать четыре дня. Именно столько прошло с того момента, как я вернула Алексею кольцо. Не бросила в лицо, не швырнула на паркет – аккуратно положила на бархатную подушечку в коробочку и протянула обратно. Цивилизованно. Как он и любил. И теперь вся моя жизнь состояла из этого «осадочного периода». Как после взрыва, когда в воздухе уже нет пламени, но висит едкая, серая пыль, которая лезет в лёгкие и заставляет кашлять. Этой пылью были вопросы. – Мариночка, ну как же так? – вздыхала мама, звоня в десятый раз...