Её звали Нина Петровна. Так к ней обращались все, от мала до велика, даже те, кто был старше её. Она приехала в это село сорок лет назад — девчонкой с косичками, в ситцевом платье в горошек, сразу после педучилища. Её распределили сюда, как и многих тогда, по комсомольской путёвке, с горящими глазами и уверенностью, что она изменит мир. В кармане лежало направление, а в сердце восторг. Село называлось Глуховка. Название говорило само за себя: глушь, даль, от райцентра двести километров по грунтовке, которая летом пылила так, что не видно было сосен, а весной тонула в грязи по ступицу...

Мы вернулись в офис, и Никита прошел в свой кабинет, а я достала большую красную папку из своей сумки, оставила сумку у себя на кресле в приемной и понесла эту парку к шефу в кабинет. Он наконец должен был подписать документы, потому что Виктор Борисович и Жанна Эдуардовна их ждали еще утром. Я положила папку с контрактами Виктора Борисовича на край стола босса и хотела уже сказать ему, что прежде чем подписывать, надо изучить документы, как вдруг услышала странный звук. Никита скинул пиджак,...