Иногда стена — единственный способ быть ближе. Когда зима стынет не в суставах, а в подоконниках, и чай на столе остывает раньше мысли, тогда легче всего услышать чужое дыхание. Сквозь бетон, сквозь сырой гипс, сквозь трещинки обоев и разлитые годами запахи. Он — слышал. Он слушал. Каждое утро, точно в 08:10, он прижимал ладонь к ледяному пятну на стене и трижды стучал. Раз, два, три. Потом ждал. Секунды тянулись, как простыня, которую не застелили до конца — и вот, с той стороны: раз, два, три. Стук был глухой, как сердце под ватной курткой, но отчётливый...