По средам Надежда не ходила ни в магазин, ни на рынок, ни к Глаше на чай. По средам она с четырёх часов сидела дома, при телефоне, и ждала семи. В семь звонила дочь. Ты, может, усмехнёшься: событие какое, дочь матери позвонила. А я тебе так скажу: у каждого одиночества свой календарь. У кого-то он от пенсии до пенсии, у кого-то от лета до лета. У Надежды он был от среды до среды, двенадцать лет подряд, и внутри этого календаря другие дни были просто прокладками между звонками. Разговор шёл всегда одинаково, по три с половиной минуты...