Он держал камень в кулаке всего три секунды. Семь лет жизни, семь лет, в течение которых мать учила его не брать чужое, а отец — не драться с мальчишками во дворе. Но в те три секунды, когда солнце слепило глаза, а в ушах свистел ветер, он не был ничьим сыном. Он был просто мальчиком, который хотел проверить, что будет, если. Этот «если» разорвало тишину спального района Краснотурьинска в четыре часа дня. Звук был негромким — глухой удар, хруст, похожий на треск льда под ногами, и странный металлический стон, от которого у семилетнего Вадима свело живот...