Наталью все считали творческим человеком. Она и сама так думала, когда лепила вазы. Но главным её произведением была не глина, а собственная жизнь. Если бы её снимали скрытой камерой, вышел бы сериал с высоким рейтингом. Слёзы, упрёки, скандалы на пустом месте, расставания, горячие воссоединения. И по кругу, как сезон за сезоном. В пятьдесят пять у неё был один закон: пока есть драма, есть любовь. Нет драмы, значит, кому-то из нас двоих просто скучно. И это, говорила она, самое страшное. Первый муж был тихий и надёжный...