Официант поставил перед Кирой Наумовной большое блюдо с запечённым осетром. Следом опустил перед Климом румяные медальоны из телятины на шпажках. А перед Катей на белую скатерть легла глубокая миска с пресными рожками. Даже без масла. — Простите, тут какая-то путаница, — негромко сказала Катя, поднимая глаза на парня в жилетке. — Я заказывала стейк из сёмги с овощами. — Никакой путаницы нет! — вмешалась Кира Наумовна и поправила крупную брошь на бордовом кардигане. — Это я подошла к стойке и поменяла твой заказ...

— Ты обязана встретить мою маму в аэропорту в три часа ночи! — муж с грохотом опустил связку ключей на прикроватную тумбочку, так что звякнул стеклянный графин с водой. — Вставай, говорю! Хватит дрыхнуть! Я вздрогнула и резко открыла глаза, сжавшись под тонким одеялом. В комнате стояла густая осенняя темень, перечеркнутая тусклым светом из коридора. Часы на стене фосфорным зеленым огоньком показывали ровно половину третьего. — Вадим?.. — мой голос осип со сна, горло саднило. — Ты с ума сошел? Какой аэропорт? Почему ты сам не поехал? — А я, по-твоему, железный? — рявкнул он, нависая надо мной...