Яна с Русланом познакомились не в боулинге и не в баре, где все знакомятся, а в очереди в дорогущей кофейне на Патриарших, куда девушка зашла погреться в конце октября. Она стояла, листала ленту в телефоне, худая, в распахнутом пальто, под которым виднелось что-то красное, шёлковое, совершенно не по погоде, и от неё пахло сложным, дорогим маслом — смесью сандала, чёрного перца и ещё чего-то животного, хищного, что заставляет мужчин забывать, куда они, собственно, шли. Руслан, владелец трёх автомоек...

Я подсадил его в кузов, усадил напротив Сомова, связал так же. – Где Тимур? — спросил я. Гена поднял голову. – Какой Тимур? – Бакен. Где он? Он открыл и закрыл рот. Не соврал, просто не знал. У него собственная жизнь трещала по швам. – На вокзале должен быть, — выговорил он. — На утреннем Сапсане. Говорил вчера. Уедет в Москву, пока все уляжется. Я посмотрел на часы. Без десяти семь. Сапсан либо стоял под погрузкой, либо уже тронулся. У нас вокзал маленький, поезд стоит минут восемь. Еще успевал, если ехать ровно, без нервов...