— Только не говори ей. Она мне этого не простит. Сергей стоял у кухонного окна спиной к двери, прижав телефон к уху, и говорил так тихо, будто боялся разбудить не жену, а собственную совесть. Ольга замерла в коридоре босиком, с пустым стаканом в руке. Шесть двадцать утра. За окном ещё синело, тихо гудел холодильник, и в этом гудении её собственное сердце стучало как-то отдельно, само по себе. — Хорошо. В субботу, как обычно. Да, я всё привезу. Он опустил телефон. И тогда Ольга сделала то, чего сама от себя не ждала...