В июне, когда Лера, обливаясь потом в тесной примерочной свадебного салона на Кузнецком, вдруг поймала в зеркале свое отражение она не узнала себя. Из зеркала на нее смотрела худая шатенка с огромными, как блюдца, глазами, в которых плескался не восторг, а загнанная вглубь паника. Платье было тяжелым, с жестким корсетом, который впивался в ребра, и многослойной юбкой, шуршащей при каждом движении, словно потревоженная змея. – Ну что, Лерусь, берем? – мама всплеснула руками. – Красавица! Павлик ахнет...

Каждый день ровно в четыре часа дня в дверях маленького городского кафе «Аромат корицы» звенел колокольчик. На пороге неизменно появлялся один и тот же посетитель. Это был сухощавый старик в потертом сером пальто. Он медленно снимал старую фетровую шляпу, слегка кивал головой в знак приветствия и направлялся к самому дальнему столику у окна. Столик номер семь был его излюбленным местом. Старик садился на стул, аккуратно складывал пальто на соседнее сиденье и бережно доставал из внутреннего кармана толстую тетрадь в старинном кожаном переплете...