Я стояла на кухне и перебирала гречку, когда телефон завибрировал. Экран высветил имя Олеси, и внутри что-то неприятно сжалось. Мы дружили с института, но после того, как у нас с Мишей появилась дача, дружба стала напоминать игру в одни ворота...

— Не смейте попрекать меня этим куском меха! — мой голос звенел от ярости, пальцы мертвой хваткой вцепились в полированный край стола так, что побелели суставы. Маргарита Степановна даже не вздрогнула, лишь медленно, с особым изяществом отпила чай из тонкого фарфорового блюдца. Ее взгляд оставался ледяным, а на губах блуждала торжествующая ухмылка человека, который точно знает, что держит все нити управления в своих руках. — Вероника, дорогая, ну зачем же так откровенно кричать и устраивать сцены при гостях? — тихо произнесла свекровь, аккуратно промокнув губы кружевной салфеткой...