В тот августовский вечер Вера впервые за долгое время почувствовала, что земля уходит из-под ног не от горя, а от счастья. Она сидела на краю родительского дивана, сжимая в пальцах край вязаной салфетки, и ждала подходящего момента. Родители пили чай с мятой, папа листал телевизионную программу, мама вязала бежевый носок. — Мам, пап, — голос Веры чуть дрогнул. — Мы с Денисом хотели сказать. Я беременна. Татьяна Петровна замерла со спицей на весу. Николай Иванович опустил газету. Тишина длилась ровно три секунды, а затем мама расплылась в улыбке, отложила вязание и всплеснула руками...