Ни один из семерых не дожил до семидесяти. Старшему было около шестидесяти, младшему — около тридцати. Все они начинали как офицеры и казаки, многие — как георгиевские кавалеры и герои Первой мировой. А закончили атаманами, от которых уходило мирное население. Почему так вышло? Мой ответ короткий: храбрость сама по себе героя не делает. Героя делает тот, кто стоит над ним и может спросить. Гражданская война 1917–1922 годов этого «верха» лишила. Остались сабля, отряд, готовый идти только за своим командиром, и полное отсутствие того, кто мог бы сказать «нет»...