– Марина, не пей. – Ты чего? – Отойди от ручья. – Да ты сам-то слышишь, что говоришь? Жара такая, язык к нёбу прилип. – Отойди, сказал. Марина Захарова уже поднесла ладони к воде, когда дед Леонтий схватил её за плечо и потянул назад. Не сильно, но так резко, что она чуть не поскользнулась на мокром камне. Вода в ручье бежала чистая, прозрачная, с мелкими пузырями у корней. На солнце она казалась даже холоднее, чем была на самом деле. Марина с утра шла по тайге, рубаха прилипла к спине, волосы под платком стали влажными, и этот узкий серебряный ручей казался спасением...

За окном густели серые весенние сумерки, когда Наталья выехала на пустынную окраину города, мечтая поскорее добраться до дома — этот день выжил из неё все силы. Колесила по городу из одного своего салона красоты в другой, решала бесконечные проблемы, подбадривала девочек-мастеров с радушной улыбкой хозяйки, убеждала капризных клиентов приходить снова. На одном из неосвещённых поворотов её взгляд выхватил из темноты резкое движение. Наталья слегка притормозила. В тусклом свете фонаря двое в спортивных костюмах с яростным остервенением лупили человека в обносках...