— Марина, ты опять гречку вниз переставила? — Зоя Ильинична стояла посреди кухни с банкой в руках. — Я её наверх определила, а ты обратно. Это всё равно что поезд на чужой путь загнать. — Зоя Ильинична, я до верхней полки только со стула достаю, — Марина забрала банку и поставила на привычное место. — А в семь утра мне по стульям лазить некогда. У меня Денис в школу, Варя на руках и смена в девять. — Раньше вставай, — невозмутимо посоветовала свекровь. Свекровь жила у них шестую неделю. Приехала из Карасука в конце августа, по Костиным словам, «на месячишко, подлечиться и с внуками повозиться»...

Единственный реаниматолог, который всегда в кармане. «Привет. Это я. Ты. Тот, кто был на подъёме неделю назад. Да, я знаю, что ты сейчас лежишь и думаешь, что всё бессмысленно. Что ты никчёмный. Что жизнь - это череда серых будней до пенсии, а пенсия - это короткая череда серых будней до смерти. Стоп. Не доверяй этим мыслям. Сейчас я скажу тебе то, что ты в этом состоянии не можешь сказать сам. Это не правда. Это физиология. У тебя в крови сейчас коктейль из кортизола и адреналина, твоя лимбика крутит педали, а префронталка сидит без света...