— Мам, это тебе. Три недели. Грязи, минералка, всё включено. Ты заслужила. Мама прижала конверт к груди и заплакала. Тётя Валя ахнула. Двоюродная Светка сказала, что Лерка — золото, не то что некоторые. «Некоторые» — это про меня, я поняла сразу, хотя имени не назвали. Я сидела с салатницей в руках, которую только что принесла из кухни, и смотрела на буклет. Красивый. Дорогой. Лера сидела в новом пальто, которое она же месяц назад просила меня «перехватить ей тысяч двадцать до зарплаты», и я перехватила, и зарплата прошла, а двадцати тысяч я так и не увидела...