– Паранойя? – чуть слышно подсказал Грегори. Соренсен посмотрел на него почти с отвращением. Какое-то мгновение казалось, что он с сомнением катает это слово во рту, словно бы пробует на вкус; потом его тонкие лягушачьи губы искривились в непонятной гримасе...

– Вера, нам надо серьёзно поговорить, – сказал Игнат, холодно смотря на девушку. – Мы расстаёмся. Я поспешил с решением о совместном проживании, да и ребёнка этого я не хочу. Я ещё не нагулялся, чтобы становиться отцом! Так что, пожалуйста, не пиши мне, не звони мне. И не пытайся впутать меня в воспитание этого ребенка, у тебя все равно ничего не получится. У моих родителей есть деньги, связи... так что просто забудь обо мне. Вера молчала. Она смотрела на его лицо – ровное, гладкое, ни одной морщинки от напряжения, ни одной тени сомнения...