— Чего за мной хвостом ходишь? Лес — не цирк, тут зевак не любят. Ефим даже не обернулся, когда сказал это. Шёл себе по тропке в своих кирзачах, с плетёным кузовком за спиной, и палкой постукивал по земле перед собой, будто слушал её. А я плёлся шагах в десяти и делал вид, что иду сам по себе, просто нам по дороге. — Я и не за вами, — буркнул я. — Я гуляю. — Гуляют по асфальту, — отрезал старик. — А тут работают. И как припустил — я еле поспевал. Думал, отстанет, обернётся, прогонит. А он будто забыл про меня вовсе...

Зима сорок третьего года выдалась на редкость лютой, но снег в сожжённой деревне не таял. Он лежал серым, грязным саваном на чёрных головнях, укрывая то, что осталось от домов и жизней. Ваня сидел на пороге того, что раньше было их крыльцом...