Хозяин снова позвал к себе 15-летнюю рабыню. Испуганная Джулия должна была развлекать гостей. «Моя невестушка»: довольно хвастался плантатор, поглаживая девушку по спине. Диковинная рабыня смешанной крови, кожа ее была золотистой, поцелованной солнцем, непослушные упругие кудри выбивались из-под шелкового платка, намотанного по последней моде. Услаждая гостей игрой на фортепиано, Джулия со страхом ждала продолжения вечера. Джулия Чинн родилась рабыней, ее мать была темнокожей, а отец белым, быть может, гостем в поместье или дальним родственником, об этом никто не говорил...