— Вы любите цветы? — спросил он, глядя на нее поверх букета алых роз. — Люблю, — растерялась совсем еще юная девушка. — Жаль, — вздохнул он, поднес букет ко рту и начал методично, с каким-то пугающим спокойствием жевать лепестки. Зал замер. Это было 14 февраля 2003 года, концерт Михаила Жванецкого. Двадцатилетняя студентка ГИТИСа Анастасия Чернова смотрела на тощего, нервного мужчину в очках, который уничтожал ее подарок, и понимала: ее жизнь больше никогда не будет прежней. Так, с хрустом бумаги и вкусом пыльцы на губах, начался самый странный роман в истории русской сцены...

— На годовщину я позвала бывшую жену твоего мужа. Она нам почти родная! — невозмутимо заявила Нина Аркадьевна, размешивая варенье в стакане с компотом. Я отложила ручку. Мы с Виктором как раз составляли список продуктов к нашему первому семейному юбилею — пятилетию со дня свадьбы. Отношения у нас были крепкие, проверенные временем, а вот свекровь всегда напоминала мне хлопотливую сороку: прилетит без спроса, блестящее утащит, а вместо него оставит кучу суеты, пустых хлопот и громкий треск. За двадцать...