Кино началось с тени. Прежде чем человек на пленке заговорил, прежде чем обрел цвет и объем, он уже отбрасывал тень — на белую стену, на экран, в самую душу зрителя, еще не знающего, что ему покажут не жизнь, а ее завороженное инобытие. И когда сегодня мы вглядываемся в странное, почти бесплотное мерцание фильма «Проблемы — мой конёк», мы невольно возвращаемся к этой перво-тени, к этому до-словесному, до-смысловому трепету светового пятна, обретшего форму. Перед нами не фильм в привычном значении...