Единственный реаниматолог, который всегда в кармане. «Привет. Это я. Ты. Тот, кто был на подъёме неделю назад. Да, я знаю, что ты сейчас лежишь и думаешь, что всё бессмысленно. Что ты никчёмный. Что жизнь - это череда серых будней до пенсии, а пенсия - это короткая череда серых будней до смерти. Стоп. Не доверяй этим мыслям. Сейчас я скажу тебе то, что ты в этом состоянии не можешь сказать сам. Это не правда. Это физиология. У тебя в крови сейчас коктейль из кортизола и адреналина, твоя лимбика крутит педали, а префронталка сидит без света...

Дорогой Андрей! Честно говоря, я не знаю, как писать такие письма. Я, журналист, не умею их писать, представляешь? Не научили, не приводилось до сей поры. Поэтому с трудом подбираю слова. Не хочу, чтобы слова были слишком общими, или слишком НЕобщими, или - просто пустыми. Хочу, чтобы мои слова были ЖИВЫМИ. Чтобы в них жило всё то, что живёт сейчас внутри меня. А где найти такие слова? И есть ли они, такие?.. Вот уже долгое время я не имею возможности разговаривать с тобой, видеть тебя, слышать тебя. Фронт, нет связи. Любой звонок - опасен для жизни. Но Господь милостив: Он иногда даёт мне возможность ЗНАТЬ - пускай опосредованно, пускай через третьи руки - что с тобой всё хорошо...