Январь на таёжной реке выдался суровым. Почти две недели стояли крепкие морозы. Ночами лёд трещал так, что звук расходился по всей долине, а утром над рекой поднимался густой белый пар. Вода под толстым льдом словно замерла. Вместе с ней затих и налим. Рыбаки каждый вечер выходили на лёд с донками и жерлицами, бурили лунки возле старых ям, ставили живца у коряг, но возвращались почти без улова. — Встал налим. — В такой мороз не кормится. — До оттепели толку не будет. Только старый Арсений Петрович не спешил убирать снасти...

Природа за несколько минут сделала то, с чем люди не могли управиться около 30 лет – удалила все больные и аварийные деревья. Так дендролог Елена Кошкарева объяснила, почему в минувшие выходные упало столько деревьев (порядка 1000 в одном Ростове). Ненастье достигло катастрофических масштабов – оно калечило, унесло жизни, обрывало провода и фрагменты зданий. По разным оценкам, порывы ветра достигали 29 м/с – по 12-балльной шкале Бофорта это соответствует предпоследнему уровню перед ураганом, жестокому шторму...