— Ты переписал двушку на сиделку? Папка с красной тесёмкой выскользнула из моих рук. Картон шлёпнулся на затёртый линолеум. — Подними бумаги. И положи, где взяла, — сухо ответил Виктор Петрович. — Пять лет, витя… — я оперлась о край комода, чувствуя, как под ногтями скрипит полировка. — Пять лет я мыла за тобой судна. — Я тебя не просил шарить по моим ящикам, Марина. Он даже не повернул головы. Лежал на подушках, уставившись в выключенный телевизор. — Дарственная на Зинаиду Сергеевну? — я шагнула к кровати...