— Я сказала нет. В этом году твоя мама и сестра едут на юг за свой счет. Елена переставила мокрую разделочную доску в сушилку и принялась методично, с нажимом, оттирать губкой невидимое пятно на столешнице. Губка тихо скрипела, выдавая внутреннее напряжение хозяйки. — Лен, ну прекращай. Мы же еще вчера всё обсудили. Максим шумно выдохнул, отодвинул от себя табуретку и скрестил руки на груди. Его тон был мягким, тягучим и покровительственным — именно так обычно успокаивают раскапризничавшихся в магазине тоддлеров...