«Ты правда собралась рожать одна?» Мать сказала это тихо, почти шёпотом. Но от этой тишины у Марины сильнее сжало горло, чем если бы на неё кричали. Она стояла посреди кухни, держала в руках кружку с остывшим чаем и смотрела на коричневое пятно у самого края стола. Это пятно осталось ещё с тех времён, когда отец чинил здесь старый магнитофон. Марина много раз просила его оттереть след, но отец только отмахивался. Теперь отмахнуться хотела она сама. «Да, мама. Одна». Мать села. Медленно, словно ноги перестали держать...