Фаина удалила его номер на третий день. На четвертый – восстановила из корзины. Глупость, конечно. Но когда человек уходит, сказав «ты стала неинтересной», ни одна глупость не кажется последней. Хочется еще одну совершить. И еще, и еще, пока не выстроится из них какая-нибудь лестница наверх или хотя бы стеночка, за которую можно спрятаться. Квартира после Ивана осталась странная, вроде та же, а пустоты прибавилось. Его вещей-то было немного: брюки, джинсы, три рубашки, бритва на полке в ванной, початая пачка овсяного печенья на верхней полке шкафа...