— Арин, я тут подумал. Давай отдадим все наши сбережения маме. Он сказал это так, будто предлагал купить хлеб по дороге домой. Арина даже не сразу поняла, что речь идёт о трёх годах её жизни, сложенных цифрами на одном счёте. Вилка зависла над котлетой. Котлета остывала. Александр жевал спокойно, словно уже всё решил и просто ставит жену в известность, как погоду на завтра. — Какой маме? — спросила Арина, хотя мама у Александра была одна. Наталья Петровна, шестьдесят восемь лет, бодра как лошадка на ипподроме и хитра как лиса на пенсии...