Он ушел к молодой, хлопнув дверью, а через полгода стоит под окнами с глазами побитой собаки. Знакомая картина? Сначала эйфория свободы, потом осознание, что никто не гладит рубашки и не варит борщ, а новая пассия оказалась капризной и своенравной. В общем, дорога назад вымощена не раскаянием, а банальным бытовым дискомфортом и ностальгией по уюту. Я сидела на кухне с подругой Катькой, которая только что захлопнула дверь перед носом своего блудного благоверного. Он вернулся. С цветами, обещаниями и опозданием в один год и два месяца...