Семён лежал у двери жильца с утра до вечера. Хозяйка злилась, ревновала, требовала закрывать дверь. А потом случайно увидела на тумбочке то, что кот почувствовал раньше всех. Зинаида Павловна стояла в полутёмном коридоре, придерживаясь ладонью за стену, и смотрела на кота с оскорблённым недоумением. Если бы кто-нибудь сказал ей неделю назад, что она будет ревновать собственного кота к квартиранту, она бы только отмахнулась. В её возрасте, после всего прожитого, подобные глупости должны были бы уже не трогать...

Когда Илья распахнул ворота нового дома, Варя проскользнула под его рукой и побежала по дорожке. — Пап, качели целы! Наталья осталась у калитки с коробкой посуды. Дом стоял в глубине участка. Потемневшие брёвна, выцветшие наличники, высокий чердак. На верхней ступеньке лежал детский сапожок, набитый сухими листьями. — Может, сначала войдём? — спросила она. — Сейчас Варя проверит всё без нас, — ответил Илья и забрал коробку. Риелтор уверял, что прежние владельцы перебрались к родне, а дом продал дальний наследник...