В Лас-Вегасе ночь никогда не наступала по-настоящему. Она просто меняла цвет: дневная пыль становилась золотой, золотая — розовой, а розовая растворялась в неоновых вывесках. За окнами гостиницы «Палм-Вью» даже в три часа утра было светло, будто город отказывался признавать, что у всего есть конец. Виктор Савельев сидел на краю кровати в номере без вида и слушал, как за стеной смеются незнакомые люди. На столе перед ним лежал конверт. Внутри — распечатка старой фотографии: Виктор выходил из здания суда двадцать лет назад, молодой, чисто выбритый, в дешёвом костюме...