На его надгробии три слова. Не имя. Не даты. Не звания. Просто: «Зиновий Пешков, легионер». Именно так он просил себя запомнить — человек, у которого было две жизни, два имени и одна рука. История начинается не с него. Она начинается с мастерской его отца в Нижнем Новгороде в конце девятнадцатого века. Мовше Израилевич Свердлов держал гравюрную лавку. Официально — штампы, печати, гравюры. Неофициально, поговаривали, там выводили на печать рукописи, которые нигде больше не взяли бы. В том числе запрещённые...