глава 19 Грязный, вонючий подъезд с открытой, висящей на одной петле, обожжённой дверью, внутри, похоже, был пожар и света нет. Полина дважды подходила и отходила от подъезда общежития, оглядывалась вокруг: та же трёхметровая бетонная стена комбината за углом, та же липа ветвистая закрывала половину здания, почти во всех окнах общаги горит жёлтый свет, жильцы мелькают в окнах, где-то из открытой форточки слышен мат-перемат, женские вопли, совсем издалека доносится заунывный плач скрипки. - Занимается...

— Лена, я тебе по-хорошему говорю: забирай вещи и уходи. Зинаида Павловна стояла в дверях и загораживала проём широкой спиной. За её плечом виднелась кухня. На плите ещё стояла кастрюля с гречкой, которую Лена сварила утром. — Зинаида Павловна, я же за ноябрь заплатила. Вы сами деньги брали. — Деньги я вернула. В боковом кармане лежат, пересчитай. Две клетчатые сумки стояли на крыльце. Из одной торчал рукав Андреевой рабочей куртки. Лена берегла её, спала, укрывшись ею поверх одеяла. Снег уже припорошил молнию...