«Вы открываете его сторис в одиннадцать вечера — кофе, зал, шутка с другом — а в личке тишина уже четвёртый день, и каждый просмотр ощущается как доказательство, что он жив для всех, только не для вас. Если напишете первой — рискуете услышать „я просто занят“. Если промолчите — будете крутить ленту снова. Если спросите прямо — можете получить „не надо читать в сторис то, чего там нет“.» Когда он каждый день в сторис, а вам в личку молчит, часто происходит не случайный разрыв связи, а выбор аудитории: публичное присутствие без личного ответа...