Виталий с силой закрутил гайку, проверяя надежность конструкции. Металлическая петля уродливым наростом выпирала на белом глянце кухонного шкафа. Рядом, на столешнице, лежал внушительный амбарный замок и связка ключей. — Виталь, ты серьезно? — Лена стояла в дверях, прижимая к груди полуторагодовалого Тёмку. Ребенок испуганно смотрел на отца, который полчаса гремел инструментами. Муж не обернулся. Он демонстративно щелкнул дужкой замка, проверил, крепко ли держится, и только тогда посмотрел на жену...

Семь лет он не звонил матери. А потом пришёл звонок от её очередного кавалера: — Приезжай, её больше нет. В доме он увидел синяки на её шее и понял — здесь всё не так просто. Но никому так и не сообщил... Старые раны Кристиан выключил двигатель на обочине старой грунтовки. Мотор ещё несколько секунд дрожал, как будто не хотел умирать в этой тишине. Впереди, за двумя покосившимися берёзами, виднелся тот самый холм — низкий, поросший бурьяном и молодыми осинками, с единственным домом на самой макушке...