– Марьюшка, родненькая моя, очнись! – у самого уха раздался испуганный голос. – Да что ж делать-то?! Марьяшенька, голубка моя ясная, приди в себя! Спать было неудобно. Как-то жёстко, прохладно, а одеяло, как ни тянулась, никак не желало меня укрывать. Запах странный, воздух – влажноватый... Всё не так. Спать хотелось неимоверно, но раздражающий, заискивающий голос окончательно разбудил. Похоже, снова уснула под телевизор. С трудом открыв глаза, первое, что увидела – трава: высокая, зелёная, влажная от росы с застывшей маленькой улиткой, спрятавшейся в серой раковине...