— Лейла? Ты серьёзно? Эта женщина — наша тюремщица. Она продала душу хозяину много лет назад. В ней нет ничего человеческого... Прошла неделя после того, как увезли Зою. Неделя, которая растянулась в вечность. Карина просыпалась каждое утро с одним и тем же чувством — тяжесть в груди, пустота в голове, боль в израненных ладонях, которые никак не заживали. Ногти оставили глубокие борозды, и каждый раз, когда она сжимала кулаки, раны открывались снова, напоминая о том дне. О солнце, которое пекло нещадно...