— Вон, — совершенно спокойно сказала мать. Арина ухмыльнулась и откинулась на спинку стула — она была уверена, что мать обращается к подруге. — Вон из моей квартиры! — Наташа повернулась к дочери. — Ленка, ты видела пост? — подруга буквально влетела в кухню, не снимая пальто. — Ариша родила! Три четыреста, пятьдесят два сантиметра. Копия папаша, такой же курносый. Я уже все магазины оббежала, накупила костюмчиков. Ты чего такая кислая? — Поздравляю, Наташ. Рада за вас, — Лена встала, чтобы налить подруге чай...

…и грязи, но невероятно, до головокружения возбужденный, прополз на локтях и коленях по узкому, промозглому дренажному туннелю, пахнущему плесенью и ржавчиной, и наконец уперся лбом в холодную металлическую решетку. За ее ржавыми переплетениями был уже не тюремный двор, залитый лучами прожекторов, а лишь строительная свалка и темный, многообещающий проход в разрытой траншее теплотрассы, окутанный предрассветным туманом. С хриплым, счастливым всхлипом он достал нож и с дикой, отчаянной силой начал...